3. Коммунистический союз молодежи Кореи

 

Благодаря активной деятельности членов Союза свержения империализма и тайного читательского кружка быстрыми темпами распространялись идеи марксизма-ленинизма и происходили качественные изменения в сознании учащейся молодежи. Передовая идеология помогала ей глубоко осознать свою миссию перед историей и нацией.

Продолжая повышать политическую сознательность учащейся молодежи, мы объединяли ее в различные организации. Только через такие организации можно было еще шире распространять марксистско-ленинские идеи и быстро выращивать ее руководящее ядро.

Моя революционная деятельность началась именно с молодежно-ученического движения. Так мы начали свою революционную деятельность и придавали молодежно-ученическому движению столь большое значение не только потому, что я был еще учеником, но и потому, что было очень важно место и роль этого движения в деле повышения сознательности рабочих, крестьян и других широких слоев масс и сплочения их вокруг организации.

Марксистско-ленинская теория сравнивает движение учащейся молодежи с ролью моста. Иначе говоря, она определяет, что это движение играет роль моста в распространении передовых идей, в просвещении и пробуждении масс и вовлечении их в революционное движение. Мы тоже одобрили эту теорию.

По мере углубления и развития революции происходили коренные перемены и в наших взглядах и позиции в отношении роли учащейся молодежи в ней. Мы вышли из рамок старой концепции, определившей движущей силой в революции в основном только рабочих и крестьян. Мы же определили это по-новому: учащаяся молодежь тоже составляет достойную главную силу в революционной борьбе. Об этом свидетельствует путь, пройденный молодежно-ученическим движением.

В важных исторических событиях, представляющих собой вершины антияпонской патриотической борьбы в нашей стране до ее освобождения, таких, как Первомартовское народное восстание, движение 10 июня, волнение учащихся в Кванчжу, учащаяся молодежь всегда боролась мужественно, идя впереди. Мы открыли силами молодежи новую историю коммунистического движения, развернули 15-летнюю антияпонскую вооруженную борьбу, сделав учащуюся молодежь костяком этой борьбы. И сегодня учащаяся молодежь играет роль ударника в нашей революции.

Можно сказать, что и в южнокорейской революции ведущими силами выступает учащаяся молодежь. Она была повивальной бабкой восстания 19 апреля, она же явилась начинателем народного сопротивления в Кванчжу (1980 г.) и знаменосцем июньского сопротивления, свергнувшего власть «5-й республики».

Всему миру известно, что учащаяся молодежь стояла в первых рядах движения 4 мая, которое китайцы считают началом нового демократического движения.

Корейский народ прокладывал не проторенный человечеством путь и в этом процессе непрерывно творил новый опыт.

Богатый опыт его длительной исторической борьбы показывает, что не так отвечает реальным условиям нашей страны старая теория, не считавшая учащуюся молодежь даже прослойкой.

В движении учащейся молодежи в Корее до первой половины 20-х годов наблюдались некоторые недостатки: неустойчивая классовая и антиимпериалистическая позиция и недостаточная связь с массами. Верхушку движения составляли в большинстве своем выходцы из интеллигенции и главное внимание движения было обращено в основном на просветительскую деятельность. Мы же, уделяя серьезное внимание предупреждению подобных недостатков в движении учащейся молодежи, прилагали все усилия к тому, чтобы сделать успешно первый практический шаг.

Но когда мы решили создать свою организацию и объединить в нее учащуюся молодежь, возникли сложные вопросы. При этом самым трудным был вопрос: каким методом и в какой форме создавать нашу организацию в условиях существования старых молодежных организаций, созданных националистами и фракционерами? В Гирине уже существовали различные организации, такие, как Гиринское общество молодежи, Гиринское общество корейских учащихся, Детское общество и другие.

Не будь их, можно было бы создавать беспрепятственно новые организации подобно тому, как построить новый дом на пустом месте. Но нельзя было совсем игнорировать то, что ведут работу с учащейся молодежью уже существующие организации различных направлений.

После серьезного обсуждения мы решили игнорировать имеющие только вывеску и не действующие организации из существующих и создать новые, а организации, действующие хотя бы и не очень активно, сохранять, использовать и преобразовывать их.

Первой организацией, созданной нами в Гирине, явилось Гиринское общество корейских детей. В то время в Гирине имелось Детское общество, созданное националистами. Но это было одно название, а корейские дети Гирина даже не знали, что существует такая организация. В апреле 1927 года мы создали в церкви Сон Чжон До легальную организацию — ГОКД.

Вместе с Ким Вон У и Пак Иль Пха (Пак У Чхон) я руководил проходившим там собранием, на котором были созданы отделы общества: организационный, пропаганды, культуры и спорта, а также группы по школам и районам.

О тогдашних делах, наверно, хорошо помнит Хван Гви Хон, которая училась в Гиринском женском педучилище и ведала отделом пропаганды этого общества.

Общество это охватывало всех корейских детей в Гирине, включая детей рабочих, крестьян, средних и мелких торговцев и предпринимателей, националистов. Цель ГОКД заключалась в том, чтобы воспитывать детвору на антияпонских идеях и выращивать ее надежным резервом революции. Это общество выдвинуло в своей программе главной задачей своих членов изучение новой, передовой идеологии и пропаганду ее среди широких масс.

В мае того же года мы преобразовали Гиринское общество корейских учащихся в Общество корейских учащихся в Гирине. Первое общество имело немало членов и определенное влияние. Оно было организовано с целью обеспечения дружбы корейской учащейся молодежи Гирина и находилось под попечением националистов. Сон Чжон До был одним из его советников. Когда мы намеревались реорганизовать ГОКУ в ОКУГ, иные товарищи предлагали совсем оттеснить первое, ссылаясь на то, что оно является чисто дружеской организацией, которой ведают националисты. По их мнению, организация, основанная на национализме, мол, останется в конечном счете националистической, как бы много инокачественного ни добавлялось в нее в количественном отношении. Суть таких утверждений состояла в свержении национализма как старого идеологического течения.

В те времена шла острая конкуренция за завоевание масс. Коммунисты и националисты, противостоя друг другу, наперегонки тянули массы на свои стороны, а внутри самого коммунистического движения разные группировки лезли из кожи вон в попытках привлечь массы к себе во что бы то ни стало. Так, сегодня фракция Сеульпха взяла в свои руки руководство Коммунистического союза молодежи Кореи, а завтра Хваёпха в ответ на это создает Ханянское молодежное общество. А когда послезавтра Хваёпха организует Всеобщую федерацию рабочих и крестьян Кореи, то Сеульпха, в свою очередь, противодействуя этому, создает Кенсонское общество рабочих и крестьян. Это было своего рода злободневное веяние. Сектанты даже организовывали наперебой террористические группы с целью сковать руки другим фракциям.

Однако мы, коммунисты нового поколения, не могли идти по их стопам. Если бы мы пренебрегали ГОКУ и создали в Гирине другую, новую молодежную организацию, следуя методу сектантов, то возникла бы сложная проблема в отношениях с националистами и раскололись бы ряды учащейся молодежи. Это было бы только вредно для общего дела и никакой пользы не принесло бы.

Мы решили вступить в ГОКУ и, сохраняя его легальное положение, постепенно преобразовать его из чисто дружеской, товарищеской организации в революционную. Я, коммунист, стал его почетным председателем, но оно привлекало к себе мало внимания администрации китайской военщины, так как действовало под вывеской националистов. Руководя работой ГОКУ, я реорганизовал его в ОКУГ.

Внешне новое общество выступало как организация, обеспечивающая дружбу корейской учащейся молодежи, но на деле действовало как революционная организация, осуществляющая идеалы Союза свержения империализма. Переименовав ГОКУ в ОКУГ и превратив его из чисто дружеской организации в революционную, мы обрели ценный опыт в молодежно-ученическом движении.

С момента, когда начали действовать созданные нами организации, стала меняться атмосфера в городе Гирине. Прежде всего неузнаваемо изменился режим дня учащейся молодежи и детей. Члены ГОКД и ОКУГ каждый день проводили утренние сборы по соответствующим районам. А в воскресенье все члены этих организаций, живущие в городе, поднимались рядами на гору Бэйшань, шествовали с песнями по улицам и устраивали спортивные соревнования на площадке у подножия Бэйшаня.

В работе с учащейся молодежью и детьми мы применяли разнообразные методы и формы соответственно их вкусу и уровню сознательности. Среди учеников, состоявших в ГОКД, было немало сыновей и дочерей христиан. Они подвергались религиозному влиянию своих родителей так сильно, что верили, будто на свете действительно существует бог. Не было никакого толку разъяснять им, что бога нет и наивно верить в его существование.

Однажды я предложил учительнице одной корейской начальной школы, находившейся под нашим влиянием, вместе учениками, верующими в бога, пойти в церковь и совершить богослужение. По моему совету она пошла в церковь, взяв с собой нескольких учеников, и предложила им целый день молиться, повторяя: «Всеведущий и всемогущий господь, мы голодны, дай нам хлебцы и хлебушка». Но им никак и никакая пища никем не была доставлена, и они по-прежнему голодали. После этого я предложил этой учительнице пойти вместе с учениками на пшеничное поле, где уже убран урожай, собирать оставшиеся колосья. Она пошла на поле, взяв с собою учеников, и они собрали много колосков. Затем эти колосья обмолотили, испекли хлеба и раздали его ученикам. Вкушая этот хлебец, они стали думать, что лучше доставать себе пищу трудом, чем выпрашивать ее у бога молитвами.

Возможно, это весьма простой эпизод, но и такое было своеобразным способом преобразования сознания молодежи и детей в ликвидации старых обычаев.

Мы выступали против того, что ученики ходят совершать богослужение, и неустанно воспитывали их так, чтобы они не оказались в плену суеверия. Но здесь мы вовсе не преследовали цель уничтожения самой религии. Наша цель состояла в предовращении такого явления, что молодежь и дети, попав под влияние суеверия и абсолютизируя догмы Иисуса, становятся вялым и бездеятельным существом, никудышным в делах революции. Конечно, не может быть, чтобы верующий не мог принимать участия в революции. Но молодежь и дети, у которых недостаточно научного понимания о мире, могут подвергаться отрицательному влиянию элементов непротивления, содержащихся в религии.

Когда я прибыл в Гирин, некоторые члены Детского общества пели псалом, даже проходя по улицам. Так сильно было влияние на молодежь и детей религии в этом краю. Но как ринуться на огневую точку врага с псалмами на устах? Нам нужны были не верующие, распевающие псалмы, а смелые бойцы, поющие гимн о последнем решительном бое.

Вот почему мы широко распространяли среди молодежи и детей революционные песни. И вскоре члены Детского общества, ходившие до этого с псалмами по улицам, шествовали теперь по городу с молодцеватым видом, распевая «Детскую патриотическую песню» и «Песню о Гиринском обществе корейских детей».

Из мероприятий, которые приняли мы и проводили после создания ГОКД и ОКУГ, до сих пор не забываются семинары по родному языку, проводившиеся во время летних каникул в том году. В этих семинарах принимали участие корейские дети, посещавшие китайские начальные школы, и все дети, не знающие родного языка. Большинство из них родились в Маньчжурии, и говорили они на китайском языке лучше, чем на корейском.

С этого времени мы выдвинули лозунг: «Корейцы должны знать свою Корею!» На семинарах лекции читали по очереди Ке Ен Чхун, Ким Вон У и Пак Со Сим. До тех пор у нас не было профессиональных учителей. И все активисты организации выступали в роли учителя или лектора. После 20-дневных семинаров все их участники без исключения могли читать детские журналы.

В соответствии с вкусами и склонностями молодежи и детей общества организовали пикник на горе Лунтаньшань и прогулку в Цзяннаньский парк, экскурсию и путешествия в культурные памятники старины, часто устраивали лекции, дискуссии, разные занятия, ораторские конкурсы, читательскую конференцию, распространяли песни, развивали художественную самодеятельность и проводили всякие другие мероприятия.

В то время мы широко использовали Цзяннаньский парк и гору Бэйшань в качестве явочных пунктов. Цзяннаньский парк был расположен на красивом острове на реке Сунгари, напоминающем остров Нынна в Пхеньяне. Капиталисты Гирина высадили на этом острове много деревьев, красиво обустроили его как ботанический сад и наживали деньги, взимая с жителей входную плату. На поляне выращивали арахис. В этом парке мы часто проводили тайные собрания под видом гуляний.

Гора Бэйшань была более благоприятным, чем Цзяннаньский парк, местом для тайных собраний. Парк мы использовали, главным образом, летом, когда он утопает в густой зелени, тогда как Бэйшань можно было свободно использовать во все времена года без сезонных ограничений. Бэйшань была парковой зоной, где собиралось людей больше, чем где бы то ни было в Гирине. Поэтому на этой горе и вокруг нее была размещена сеть бытового обслуживания наиболее густо, чем в других местах города. По обе стороны дороги в гору стояли тесными рядами столовые, ресторанчики, палатки, где продавали мороженое,